Благотворительная практика в Латинской Америке: вопрос культуры

Почему процесс накопления богатства в Латинской Америке продолжается, а жители региона щедрее не становятся? Данный феномен (отчасти) объясняется наличием 25традиционных иерархий, которые видоизменяются, но сохраняются: на смену метрополиям приходит духовенство, потом корпорации и т.д. А вертикальные системы, как известно, не слишком доверяют  гражданскому обществу (которое формально тоже существует). Иерархичные социальные структуры являются наследием испанской, португальской и французской колонизации. В условиях незначительного экономического роста они отлично воспроизводятся в том или ином виде.

Жители данного региона привыкли к тому, что проблемы отдельного человека решает семья, а проблемы общества — Корона. От организаций гражданского общества (ОГО) помощи никто не ждёт. До 1970-х годов они получали основной доход от американских фондов, которые в основном финансировали сельское хозяйство и образование. А в 1990-х годах закончилась Холодная война, и гражданских объединений стало больше. Чтобы заручиться поддержкой электората и потребителей (которые стали слишком требовательными) элиты бизнеса и государства стали щедрее, и зарубежные фонды решили выйти из игры. ОГО оказались в сложной финансовой ситуации и начали развивать навыки фандрайзинга.

Сегодня НКО-сектор Латинской Америки насчитывает сотни тысяч эффективных и активных организаций, которые, тем не менее, во многом зависят от поддержки корпораций. Общество не слишком доверяет ОГО, потому что они практически не публикуют финансовую информацию и вообще ведут себя очень скрытно, опасаясь, что кто-нибудь переманит из совета директоров влиятельного бизнесмена или представителя богатой семьи.

Если написать портрет латиноамериканской филантропии крупными мазками, то он будет выглядеть примерно так:

  • До 2000 года основными представителями благотворительности в регионе являлись семейные фонды. По мере распространения концепции «инвестиций, содействующих социальным преобразованиям» (impact investing), активизировался процесс создания корпоративных фондов, которые в 2010 году уже предоставляли 32% от общего объёма пожертвований и составляли 26% от общей численности грант-мейкеров.
  • Термин «частные социальные инвестиции» звучит в Латинской Америке гораздо чаще, чем «филантропия». При этом бизнес проявляет заметный интерес к стратегической филантропии и практике корпоративной социальной ответственности – реализует добровольческие и социальные программы. В четырёх странах – в Мексике, Бразилии, Аргентине и в Колумбии — действуют ассоциации, которые оказывают услуги бизнесу и содействуют развитию КСО.
  • Бизнес всегда поддерживал образование, здравоохранение и программы помощи малоимущим, а в последние годы начал интересоваться экологическими инициативами, социальным предпринимательством, проблемами гражданственности и правами человека.
  • Недавно в ряде стран были приняты законы, препятствующие отмыванию денег и рассматривающие пожертвования как одну из лазеек для нарушителей. В связи с этим требования контролирующих органов стали более строгими, а корпоративные фонды начали изучать и осваивать принципы прозрачности и публичной отчётности.

Источники: Alliance magazinePhilanthropy in Focus

Добавить комментарий