Архив рубрики: Дайджест № 86

МЕЖДУНАРОДНЫЙ РЕЙТИНГ: БОГАТЫЕ И ЩЕДРЫЕ

Составляя список из 400 богатейших людей США (Forbes 400), в 2020 году журнал Forbes применил к изучаемой аудитории особые критерии,

и, в частности, оценил по 5-балльной шкале их социальную ответственность, ориентируясь на «долю богатства, вложенную в течение жизни в развитие общества».

Десятку «отличников», направивших на добрые дела «более 20%», возглавил председатель совета директоров управляющей компании Berkshire Hathaway Уоррен Баффет  (Warren Buffett; чистая стоимость личных активов – 73,5 млрд долларов; в общем списке миллиардеров — № 4). На сегодняшний день г-н Баффет поддержал НКО на сумму более 41 млрд долларов. Сначала его благотворительная деятельность осуществлялась через Фонд Билла и Мелинды Гейтс (The Bill & Melinda Gates Foundation) и  другие фонды. Всего Баффет пожертвовал в пользу общества 64% своего состояния, и оказался в рейтинге богатых самым щедрым благотворителем.

«Пятерки» получили еще девять богачей, в число которых вошли: Джон и Лора Арнольд (John and Laura Arnold; 3,3 млрд долларов; № 249), учредившие венчурную филантропическую организацию Arnold Ventures LLC, которая активно продвигает социальные инновации; Эли и Эдит Брод (Eli and Edythe Broad; 6,9 млрд; № 85), которые распределили через свои фонды 4 млрд грантовых средств; основоположник кабельного телевидения Амос Хостеттер младший (Amos Hostetter, Jr.; 3,5 млрд; № 228), поддерживающий искусство и экологические инициативы; Гордон и Бетти Мур (Gordon and Betty Moore; 10,3 млрд; № 48), которые ежегодно присуждают гранты на общую сумму 300 млн долларов, и ряд других миллиардеров.

Билл и Мелинда Гейтс (Bill and Melinda Gates; 111 млрд; № 2) и экс-мэр Нью-Йорка Майкл Р. Блумберг (Michael R. Bloomberg; 55 млрд; № 14) оказались в разряде «хорошистов», вложивших в развитие общества от 10% до 19,99% своих богатств.

А преемники крупнейшей ритейлинговой компании Walmart Джим Уолтон (Jim Walton; 65,5 млрд; № 11) и Роб Уолтон (Rob Walton; 65,2 млрд; № 12), а также самый богатый человек в мире – учредитель Amazon – Джефф Безос (Jeff Bezos; 179 млрд; № 1) получили оценки «2» и «1» соответственно.

Forbes отмечает, что коллективный вклад 400 богатых американцев в социальные преобразования (на протяжении всей жизни) превысил 171 млрд долларов, а размеры их состояний за последние 12 месяцев (отчасти благодаря подъему на фондовых рынках) возросли на 8% и достигли 3,2 трлн долларов. 

«Весьма примечательно, что активы 400 частных лиц в нашем списке повысились в стоимости в период экономических потрясений, которые были вызваны пандемией и плавно трансформировались в перманентный кризис, — отмечает помощник редактора Forbes Керри А. Доллан (Kerry A. Dolan). – Значительная часть богатств сконцентрирована в руках ограниченного круга людей. Двадцать человек в верхней части списка (от 1 до 20) аккумулируют 42% всех общественных благ». Поблагодарить людей, щедро распределяющих свои богатства, конечно стоит, но при этом есть о чем задуматься…

Источники: The Philanthropy News Digest

НОВЫЙ ДОКЛАД О ТРАНСГРАНИЧНОЙ ФИЛАНТРОПИИ

В конце осени уходящего года Семейная школа филантропии Лилли, действующая на базе Университета Индианы (Lilly Family School of Philanthropy, The Indiana University; США),

опубликовала «Результаты инспектирования глобальной филантропии – 2020» (The 2020 Global Philanthropy Tracker).

Документ, отражающий итоги анализа данных 47 стран (которые представляют 62% населения планеты и 85% мирового ВВП), сообщает о том, что в 2018 году международная благотворительность частных лиц, фондов, корпораций и других филантропических организаций составляла 10,3% от 658  млрд долларов негосударственного капитала, включающего в т.ч. 481 млрд долларов в виде денежных переводов и 109 млрд в виде частных капиталовложений.

А что касается вклада отдельных стран, то среди высокодоходных государств самую значительную долю вливаний показали США (47,6 млрд с учетом инфляции или 0,23% от валового национального дохода), а список стран с доходами выше средних возглавила Турция (725 млн долларов/0,09% от ВНД). 

Исследование выявило три тенденции, определившие специфику трансграничной филантропии – это (1) общемировое увеличение доходов представителей среднего класса, диаспор и состоятельных людей; (2) стремительное развитие и освоение новых технологий, которые сделали благотворительность международного уровня более простой, оперативной и безопасной; и (3) усиление потребности в межсекторном и трансграничном сотрудничестве, ориентированном на совместное решение масштабных проблем.

Авторы отчета также отметили, что за последние несколько десятилетий «ландшафт» филантропии претерпел существенные изменения. Это, в частности, выразилось в том, что ряд стран с доходами ниже средних – таких как Нигерия (21 млн/0,005%) и Танзания (1,8 млн/0,003%) — заметно увеличили объемы своих инвестиций.

Вместе с тем, отсутствие качественных и достоверных данных по отдельным показателям по-прежнему не позволяет сформировать многогранную и полноценную картину благотворительной практики мирового уровня.

Адекватные сведения с разбивкой по тематическим областям, например, представили только 18 стран, а по географическим территориям – всего 16 государств.

«Палитра и масштабы глобальных вызовов становятся более значительными и сложными, и охватывают широкий спектр явлений — начиная с потрясений в экономике и в системах здравоохранения, произошедших вследствие пандемии Covid-19, и заканчивая удручающими изменениями климата. Это означает, что лидерам НКО-сектора и сферы филантропии потребуется намного больше данных, которые смогут объяснить, каким образом расходуются ограниченные ресурсы мирового сообщества», — так охарактеризовала ценность актуальных данных и значение исследовательской работы Уна Озили (Una Osili), профессор экономики Школы Лилли.

Источники: The Philanthropy News Digest

ИССЛЕДОВАТЕЛИ ПРИЗЫВАЮТ ПОДДЕРЖАТЬ «ТЕКУЩУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ НКО»

Центр эффективной филантропии (CEP — The Center for Effective Philanthropy; США) опубликовал отчет

«Доводы: лидеры фондов о значении многолетней поддержки основной деятельности» (Making the Case: Foundation Leaders on the Importance of Multiyear General Operating Support), подготовленный по итогам углубленных интервью и опроса 212 грантполучателей и 273 ключевых сотрудников фондов.

Документ утверждает, что долгосрочное финансирование текущей работы НКО в «эпоху до ковида» составляло менее четверти от общего объема грантов, но при этом более половины опрошенных фондов (58%) сообщили о том, что «поддержка основной деятельности» (GOS — general operating support) «в некоторой степени» все же осуществляется. Грантмейкеры, у которых GOS составляет более 50%, оказались в «подавляющем меньшинстве» (всего 11%).

Сравнив данные с результатами похожего опроса, проведенного в 2006 году, исследователи выяснили, что отношение к «нерегламентированной финансовой помощи» (unrestricted funding) стало более положительным: исполнительные директора фондов оценили свою готовность увеличить объемы GOS на 3,9 балла (по 5-балльной шкале), намерения своих руководящих органов – на 3,4 балла, а программные специалисты поставили себе самую высокую оценку — 4,4 балла.

Получается, что против GOS никто не возражает, но практика поддержки повседневных рабочих процессов — которые составляют основу инициатив и проектов, способных привести НКО к выполнению миссий — развивается очень медленно.

Причины такого положения дел оказались весьма абстрактными: фонды в целом признают GOS как «перспективную концепцию», но не рассматривают такой вид поддержки как приоритет, потому что эффект от вложенных ресурсов, по их мнению, лучше демонстрируют годовые гранты и/или отдельные программы.

Крупные доноры, которые активно практикуют GOS, сочли такую позицию большим заблуждением, и призвали коллег к увеличению финансов, которыми НКО могли бы распорядиться «по своему усмотрению». Это очень важно именно сейчас, во время кризиса — когда многие благотворительные институты оказались на краю финансовой пропасти и почти полностью исчерпали свои резервы.

Призыв был услышан – обязательство подписали более 800 грантодающих организаций. Вполне возможно, что «поезд еще не ушел», и НКО не только выживут, но и продолжат работу в новых форматах, отвечающих текущим потребностям общества. Но если бы фонды начали действовать чуть раньше – не дожидаясь, когда грянет гром — то сегодня сектор справился бы с непредвиденными обстоятельствами более успешно.

Глава Корпуса активистов долины Рейнер (RVC – The Rainer Valley Corps) г-н Ву Ле (Vu Le) подчеркнул, что «долгосрочные доллары на текущую деятельность» (MYGOD — multiyear general operating dollars) еще до пандемии являлись решающим фактором здоровья НКО (но составляли всего 12%), а в настоящий момент стали настоящим бесценным ресурсом жизнедеятельности и развития. Фондам стоит преодолеть свою инертность и сделать шаг вперед.

Источник: (1) The Philanthropy News Digest, (2) The Chronicle of Philanthropy,

(3) The Chronicle of Philanthropy

ПОДДЕРЖКА НКО В ПЕРИОД ПАНДЕМИИ: НОВОЕ ИЛИ ХОРОШО ЗАБЫТОЕ И НЕИСПОЛНЕННОЕ СТАРОЕ?

В период распространения коронавирусной инфекции британский НКО-сектор оказался в сложной ситуации:

потребность в социально значимых услугах резко возросла, а доходы от благотворительных магазинов и фандрайзинга снизились.

Эти первые потери положили начало продолжительной рецессии, которая, по мнению экспертов Pro Bono Economics, приведет к сокращению некоммерческого рынка труда на 60 000 рабочих мест.

В разгар этих трудностей и неприятных ожиданий – осенью 2020 года – вдруг вышел в свет  доклад о будущем гражданского общества, подготовленный Денни Крюгером (Danny Kruger), представителем Консервативной партии и советником правительственного Департамента цифрового развития, культуры, СМИ и спорта (DCMS — The Department for Digital, Culture, Media and Sport).

По итогам многочисленных встреч и консультаций с НКО автор документа «Выведение сообществ на новый уровень: предложения для нового общественного договора» (Levelling Up Our Communities: Proposals for a New Social Covenant) озвучил широкий спектр рекомендаций для центрального правительства, местной власти, фондов, НКО и бизнеса, и призвал их «работать вместе».

Основные меры по поддержке НКО-сектора предусматривают (а) принятие нового Закона о полномочиях сообществ (Community Power Act), содействующего активному вовлечению благотворительных организаций в разработку дизайна и форматов оказания услуг по заказу государства, (б) преобразование системы госзакупок с целью обеспечения социальным предприятиям и частными поставщиками услуг равных условий, (в) упрощение порядка регистрации НКО, (г) создание Фонда оздоровления сообществ (The Community Recovery Fund) с активами в размере 500 млн фунтов стерлингов, (д) использование «спящих активов» (2 млрд фунтов) для формирования Фонда развития сообществ (Levelling-Up Communities Fund), и (е) оказание помощи НКО в вопросах измерения социального эффекта.

Премьер-министр Борис Джонсон (Boris Johnson), выступивший в роли заказчика данного доклада, и Министр по делам гражданского общества Баронесса Бэрран (Baroness Barran) пообещали свое полное дальнейшее содействие, однако некоммерческое сообщество встретило многообещающий документ неоднозначно.

Некоторые наблюдатели и эксперты заострили внимание на том, что Денни Крюгер не предложил, по сути, ничего нового. На протяжении последних лет постоянно появлялись «интересные доклады», в которых уже звучали все рекомендации, но правительство не предприняло никаких активных действий. Если и в этот раз все закончится разговорами, то судьба сектора может оказаться незавидной.

Вместе с тем, лидеры многих крупных НКО не стали углубляться в критику, и обозначили более конструктивные позиции.

Глава НКО Anthony Nolan Хенни Бронд (Henny Braund) призвала коллег внимательнее прислушиваться к своим клиентам, чтобы чутко и своевременно реагировать на изменения в обществе.

Исполнительный директор NCVO Карл Уальдинг (Karl Wilding) расценил использование налоговой льготы Gift Aid как хорошую перспективу для увеличения объема частных пожертвований.

А учредитель информационного агентства 360Giving Фрэн Перрин (Fran Perrin) отметил, что процесс публикации национальных данных обо всех предоставленных грантах набирает силу, и это значит, что в ближайшем будущем все грантмейкеры, НКО и организаторы тендеров получат «полную картину», позволяющую быстро распознавать актуальные приоритеты.

Тем не менее, даже при наличии положительной обратной связи представители сектора оказались единодушны в том, что центральное правительство должно перейти от слов к делу, и доказать свою заинтересованность в поддержке гражданского общества, которое в 2020 году уже недополучило 10 млрд фунтов стерлингов. Времени на громкие заявления не осталось.

Источники: (1)Civil Society Media Ltd, (2) Civil Society Media Ltd, (3) Civil Society Media Ltd, (4)  Civil Society Media Ltd 

НЕДИСКРИМИНАЦИЯ И ИНКЛЮЗИЯ – НОВЫЕ ИНИЦИАТИВЫ БИЗНЕСА

В 2020 году по Америке прокатилась волна массовых протестов против «полицейской жестокости в отношении черных».

И первыми, кто среагировал на это социальное бедствие, оказались корпорации, которые намного быстрее фондов пересмотрели свои стратегии и увеличили долю грантов, предназначенных для борьбы с расизмом.

Это явление можно назвать весьма примечательным, поскольку на протяжении десятилетий бизнес старательно обходил стороной любые «горячие темы», выбирая «то, что понятно всем» — как правило, образование и здравоохранение.

Покинув зону комфорта, компании усилили акцент на рекрутинге афроамериканцев и представителей национальных сообществ, но, прежде всего, изменили свою благотворительную политику.

Сеть магазинов Walmart Stores объявила о создании центра расового равенства и о своей готовности вложить в это начинание 100 млн долларов.

Компания Apple тоже направила 100 млн на «развитие экономических возможностей и системы криминальной юстиции».

Профессиональный спорт, который всегда пропагандировал равенство, тоже не остался в стороне: Национальная ассоциация баскетбола NBA (США) озвучила новые финансовые обязательства в размере 300 млн долларов. Средства будут использоваться для улучшения экономического положения «черных сообществ» и оказания помощи молодым афроамериканцам в построении карьеры.

Google составил финансовый план распределения грантов и инвестиций на общую сумму в 175 млн долларов, а компания PepsiCo уже объявила об учреждении стипендии (25 млн долларов) для черных студентов местных колледжей, а также о грантовой программе, которая ставит во главу угла подготовку бизнес-менеджеров из числа афроамериканцев (6,5 млн долларов).

Исследовательская организация Candid сообщает, что более половины финансовых обязательств (всего 5,9 млрд долларов), озвученных институциональными грантмейкерами, формируются за счет корпораций и уже сейчас превышают объем ресурсов, которые были направлены на противодействие расизму в течение последних девяти лет.

Цифры, которыми оперирует Candid, включают только гранты и «инвестиции в социальные преобразования» (impact investments). Традиционные рыночные займы предприятиям, находящимся в собственности черного населения, не учитывались.

Исследователи отмечают, что оценивать корпоративные пожертвования достаточно сложно, поскольку даже сами представители компаний иногда не могут сказать, какая часть средств поступит непосредственно в НКО, и какая часть будет отражена во внутренних бизнес-процессах. Также не совсем понятно, смогут ли корпорации демонстрировать свою заинтересованность в решении расовых проблем на протяжении долгого времени, поскольку в условиях всеобщего кризиса их доходы тоже снижаются (например – в сфере туризма и гостиничного бизнеса), а значительная часть потребителей (в основном – сторонники Д. Трампа) считают, что происходит необоснованная «демонизация полиции».

Успокаивает лишь то, что, по последним данным, большинство американцев все же считают, что «жизни черных ценны» («Black Lives Matter»).

Советник консалтинговой фирмы Leverage Philanthropic Partners («Укрепление партнерства в сфере филантропии») Уил Кордери (Will Cordery) сообщает о старте инициативы, целью которой является усиление солидарности в рядах компаний, выступающих против расизма. О деталях говорить пока рано, но отправной точкой станут опытные менеджеры, отвечающие в компаниях за «корпоративную социальную ответственность» (КСО).

Ассоциация профессионалов сегмента корпоративной гражданственности (Association of Corporate Citizenship Professionals) в июле 2020 года провела опрос и отметила, что 65% компаний намерены увеличить грантовые пулы в следующем году, и, что немаловажно, половина респондентов готова усилить «поддержку основной деятельности НКО» (GOS — general operating support).

Комитет содействия корпоративной филантропии (CECP — The Committee Encouraging Corporate Philanthropy) тоже говорит о том, что почти ¾ его членов планируют активнее содействовать реальному воплощению принципов недискриминации и инклюзии. «Двадцать лет назад бизнес с опаской обсуждал проблемы расизма, — говорит глава CECP Кари Нидфельдт-Томас (Kari Niedfeldt-Thomas). — Поэтому сейчас им сложно сориентироваться и понять, каким образом можно поддержать правозащитное движение». Если бы раньше интерес корпораций был более отчетливым, то сейчас их отклик был бы более весомым и значимым.

Тем не менее, поиск подходящих стратегий идет полным ходом, и это дает обществу надежду на стабилизацию обстановки. PayPal уже распределяет 10 млн долларов в виде «экстренных грантов», которые поддерживают предприятия, принадлежащие афроамериканцам, и одновременно укрепляют НКО, которые оказывают услуги данным предприятиям.

«Наши компетенции и ориентация на финансовое здоровье и расширение экономических возможностей для разных рыночных игроков позволяют выбирать действенные стратегии», — так определяет роль своей компании в происходящих процессах вице-президент PayPal Франц Пааш (Franz Paasche).

Еще год назад более 180 лидеров бизнеса подписались под открытым письмом, в котором поставили запросы потребителей, работников и местных экономик выше интересов своих акционеров, и сейчас настал момент, когда бизнес может на деле показать, что эти намерения имеют под собой реальную почву.

Источник: The Chronicle of Philanthropy

ЗАРПЛАТА В НКО: ТЕРНИСТЫЙ ПУТЬ К ПРОЗРАЧНОСТИ

Тайна доходов работников в НКО-секторе начинается с объявлений о вакансиях, в которых многие организации «забывают» сообщить о размере зарплаты будущего сотрудника,

и нередко требуют от соискателей ученой степени – даже в тех случаях, когда это не обязательно.

Образуется информационной провал, позволяющий манипулировать суммами, чтобы, например, меньше платить женщинам и представителям различных национальных меньшинств и диаспор. Так считают инициаторы масштабной онлайн кампании «Покажи заплату» (Show The Salary), которая стартовала осенью 2020 года.

На сайте новой энергичной организации размещены ссылки на некорректные вакансии, опубликованные британскими и американскими НКО. Стремясь устранить источники неравенства и дискриминации, активисты предложили организациям подписать публичное обязательство, касающееся соблюдения режима открытости в отношении заработков своих сотрудников.

В первые две недели на призыв откликнулись более 40 НКО, и многие еще готовятся к подписанию: участники кампании продолжают напрямую взаимодействовать с НКО, предлагая пересмотреть действующие внутренние политики.

«Очень важно быть прозрачными во всем, что касается заработной платы… и развивать культуру, в который каждый может быть собой на рабочем месте, не испытывая каких-либо притеснений», — так комментирует почин коллег Хенни Бронд (Henny Braund), исполнительный директор НКО Anthony Nolan.

Однако британские эксперты считают, что прозрачность информации на этапе рекрутинга – это только полдела. Новостной вестник гражданского общества Civil Society News, в частности, выяснил, что всего лишь 10% крупнейших НКО (вошедших в финансовый индекс Charity Finance 100 Index, составленный изданием Civil Society Media) публикуют сведения о зарплатах своих топ-менеджеров. И еще 42% организаций отражают соответствующую информацию в годовых отчетах.

Прошло уже шесть лет с тех пор, как британский Национальный совет добровольных объединений (NCVO — The National Council for Voluntary Organizations) настоятельно рекомендовал указывать точные размеры оплаты труда ключевых сотрудников «не далее чем в двух кликах от главной страницы веб-сайта», однако «воз пока и ныне там». Хотя положительные примеры, безусловно, есть.

Общественность, например, уже знает о том, что медианная заплата руководителей крупнейших НКО Соединенного Королевства в 2019 году составляла 155 000 фунтов стерлингов, а в период пандемии некоторые организации уменьшили выплаты своим лидерам почти в 2 раза.

Также некоторые НКО считают необходимым публиковать обоснование размеров зарплат, приводя в качестве аргументов средние показатели соответствующего сегмента деятельности, раскрывая спектр обязанностей своих управленцев, и анализируя текущие потребности.

«Прозрачность является важным фактором укрепления общественного доверия к НКО-сектору…», — отмечает глава отдела внутренней политики  NCVO Элизабет Чемберлен (Elizabeth Chamberlain), и это мнение разделяют многие представители некоммерческого сообщества. Прогрессивные лидеры настаивают на том, чтобы НКО демонстрировали своим донорам максимальную открытость, рассказывали о том, как расходуются благотворительные ресурсы, и строго следовали принципам, изложенным в Управленческом кодексе благотворительных организаций (The Charity Governance Code).

Источники: (1) Civil Society Media Ltd, (2) Civil Society Media Ltd (3)  Civil Society Media Ltd

ИЗ ЖИЗНИ ФОНДОВ: ПРИНЦИП НЕДИСКРИМИНАЦИИ – НЕ ПРИОРИТЕТ

По итогам опроса, в котором приняли участие более 800 фондов, и анализа их финансовых и демографических показателей

американский Совет фондов (The Council on Foundations) пришел к выводу, что в течение последних пяти лет грантмейкеры не особо заботились о гармонизации кадрового состава с учетом принципа «недискриминации/разнообразия» (diversity).

В «Отчете о политике грантмейкеров в отношении оплаты труда и поощрений – 2020» (The 2020 Grantmaker Salary and Benefits Report) говорится о том, что представители цветных рас в штате фондов составляют всего 27,3% от общей численности сотрудников (что незначительно отличается от данных за 2016 год — 25,8%), а руководящие должности занимают всего 10,3%. 

Помимо этого, всего лишь 7% опрошенных фондов сообщили о том, что у них работают люди с ограниченными возможностями здоровья.

Доля людей старше 50 лет почти не изменилась, незначительно превысив 40%, но зато управленческие позиции «возрастные» сотрудники занимали чаще других — в 77,1% случаев.

А что касается молодежи до 30 лет, то она либо вообще не допускалась до серьезных должностей (0%), либо могла проявить себя в роли менеджеров очень редко (не более 9,8%). 

Также примечательно, что команды грантмейкеров на 3/4 состояли из женщин (76,5%), но лидерские позиции занимали только 57,8%. Медианный показатель оплаты труда женщин-руководителей при этом существенно отличался от размеров оплаты труда коллег-мужчин (180 588 против 216 400 долларов).

Анализ зарплат за 2020 год также показал, что самые высокие вознаграждения получали исполнительные директора фондов-операторов грантовых программ  (342 963 долларов), а самые скромные – топ-менеджеры «фондов местных сообществ» (community foundations – 150 000 долларов).

Оценивая не самые оптимистичные выводы опроса, глава Совета фондов Кэтлин Энрайт (Kathleen Enright) подчеркнула, что для изменения ситуации «грантмейкерам придется пройти много-много миль…». А президент Партнерства чернокожих групп населения ABFE Сьюзан Тейлор Бэттен (Susan Taylor Batten) предложила фондам не только обратить внимание на свои подходы к формированию команд, но и более четко отразить ценности «инклюзии и равенства» (equity and inclusion) в своих приоритетах: «Более весомая поддержка низовых инициатив цветных сообществ… убедит людей в том, что мы ставим идею социальной справедливости во главу угла, и по праву считаемся движущей силой общественных преобразований».

Источники: (1) The Chronicle of Philanthropy, (2) The Philanthropy News Digest

КРУПНЫЕ НКО ПЕРЕНИМАЮТ ‘ХУДШИЕ ПРАКТИКИ’ КОРПОРАЦИЙ

«Крупные НКО перенимают ‘худшие практики’ корпораций», – заявил в ходе  Международной конференции по фандрайзингу — 2020 (IFC Online 2020)

глава британской НКО Oxfam GB Денни Шрискандарайа (Danny Sriskandarajah).

Крупные филантропические институты, действующие на международной арене – такие как подразделения ООН или игроки сферы развития — слишком зацикливаются на собственных интересах, конкурируют друг с другом, и порой отвлекаются от конечных социально значимых целей.

Их структура становится иерархичной – как в крупных корпорациях, а процессы обрастают чрезмерной бюрократией.  Это не означает, что данные организации следует немедленно упразднить, но их роли и подходы к работе нуждаются в ревизии.

Безусловно, государственным органам проще взаимодействовать с одной НКО, представляющей интересы многих субъектов некоммерческого сектора, но адвокация может быть более эффективной, если работа объединений будет строиться по сетевому принципу — благодаря которому все участники будут наделены равными полномочиями и смогут гибко исполнять обязанности на своих участках.

Г-н Шрискандарайа возглавил Oxfam GB 1,5 года назад, и, увидев все признаки чрезмерной «бюрократизации» и «корпоратизации», предложил реализовать новую стратегию, суть которой заключается в активном вовлечении всех подразделений в предотвращение расизма и климатических изменений. Особое внимание планируется уделять низовым структурам, которые действуют в разных странах на национальном, региональном и местном уровнях.

Таким образом новый лидер Oxfam GB надеется восстановить идеологию добровольцев, которые создали НКО в 1942 году, и стремились к тому, чтобы голос их благополучателей и сторонников был услышан.

Первые шаги по уходу от неэффективной модели (в которой «НКО собирают деньги у богатых  северян и передают их бедным южанам») и формированию сети, воплощающей идею социальной справедливости, уже сделаны. Появились новые отделения Oxfam в Бразилии, Южной Африке и в Мексике, а в Турции под знаменем  «Oxfam Турция» теперь работает женская организация с 30-летним опытом правозащитной деятельности.

«За 10 лет мы планируем выстроить ‘глобальную сбалансированную сеть’, которая будет опираться на низовые инициативы, и координировать действия на международном уровне… Самые масштабные проблемы, которые сегодня стоят перед мировым сообществом, требуют коллективного отклика, но эта деятельность должна произрастать из гражданской активности на местах», — так представил будущее своей организации энергичный реформатор, и призвал коллег отнестись к работе своих учреждений более критично, чтобы воплотить идеи демократии и сотрудничества не на словах, а на деле.

Источник: Civil Society Media Ltd

СЛИЯНИЯ НКО: СПАСЕНИЕ ИЛИ ОШИБКА?

Вызовет ли Covid-19 новую волну слияний НКО?

И в какой мере потребность в финансовой реструктуризации и рационализации процессов способна повлиять на подходы к сотрудничеству?

Эти и многие другие вопросы (как технические, так и содержательные) британские эксперты обсудили в ходе специальной встречи, организованной журналом Charity Finance.

В настоящий момент в Англии и Уэльсе зарегистрировано 180 000 некоммерческих учреждений, но эта статистика нестабильна. В Северном Йоркшире, например – по данным на конец октября 2020 года — 40% благотворительных институтов оказались перед угрозой закрытия.

Комиссия по делам благотворительности (The Charity Commission) считает объединение НКО одним из способов сохранения социально значимых программ и услуг, и против слияний не возражает. Но при этом регулятор не дает никаких четких рекомендаций, которые помогли бы «плавно переместить» активы и обязательства Организации «А» в Организацию «Б».

Чтобы восполнить эту лакуну, юридическая компания Bates Wells подготовила для НКО бесплатный инструмент, ориентированный на принятие конструктивных решений в условиях кризиса. Пошаговые инструкции в основном касаются построения партнерских отношений с целью снижения расходов и привлечения ресурсов совместными усилиями. При этом разработчики предупреждают о том, что главными «подводными камнями» слияний нередко становятся различия организационных культур и целей, на которые НКО стремятся направить ограниченные средства. Если НКО не могут прийти к соглашению по этим вопросам, то в отдельных случаях создается новая Организация «В». 

Директор по финансам социальной НКО Choice Support («Содействие выбору») Дэбби Бэнкоул-Уильямс (Debbie Bankole-Williams) уже прошла через три слияния, последнее из которых произошло в январе 2019 года, когда Choice Support воссоединилась с Коалицией MCCH. Организации оказались в сопоставимых «весовых категориях», и речь, по сути, шла о «слиянии равных». Поэтому процедура прошла достаточно гладко: НКО выработали единые подходы к управлению проектами, провели оценку рисков и согласовали общие правила дальнейшей работы.

По мнению Бэнкоул-Уильямс, этот пример из жизни говорит о том, что опасения потенциальных партнеров иногда бывают преувеличенными. Хотя сложности, безусловно, возникают.

Другие участники дебатов, в частности, отметили, что после слияния менее крупные партнеры нередко утрачивают свою прежнюю «историю». Поэтому специалисты иногда советуют просто создавать общий бэк-офис и работать под единым брендом, не прибегая к слиянию. Такой вариант, в первую очередь, подходит небольшим местным НКО, которые не нуждаются в значительной оптимизации управленческих структур, и могут экономить средства, оплачивая работу общему бухгалтеру и/или главному фандрайзеру.

Опытные консультанты также заострили внимание на том, что между «слиянием» и «продажей компаний» (если говорить в бизнес-терминах) существует большая разница. В НКО-секторе речь идет не о смене собственника, но, прежде всего, о начале новых отношений, в которых стороны стремятся к взаимопониманию и сотрудничеству в расчете на долгосрочную перспективу. 

В период пандемии нередко объединяются те организации, которые исчерпали свои резервы, и считают слияние последним спасением. Такой мотив может оказаться своеобразной ловушкой, поскольку основу партнерства должны составлять, прежде всего, «важные стратегические выборы».

Результаты исследований, проведенных Институтом по изучению некоммерческой деятельности (The Institute for Voluntary Action Research), показали, что согласование «содержательных моментов» и выработка общего видения (на этапе слияния), становятся залогом успешной работы в будущем.

В заключительной части дискуссии эксперты также обратили свои взоры к донорам и местным органам власти, которые нередко пользуются ситуацией и начинают выдавать «объединенным НКО» по одному гранту вместо двух — чтобы тоже сэкономить свои ресурсы. Подобные действия могут свести усилия некоммерческих партнеров к нулю, и вернуть их в исходное положение финансовой нестабильности.

Было бы желательно, чтобы в условиях кризиса грантмейкеры и организаторы тендеров сознательно избегали подобных сценариев, и отдавали себе отчет в том, что сохранение востребованных услуг – это важная часть их обязательств перед обществом.

Источник: Civil Society Media Ltd

ИНКЛЮЗИЯ И РАВЕНСТВО – ИСТОКИ БЛАГОПОЛУЧИЯ НКО

В последние годы заметно увеличилось число организаций, стремящихся реализовать принципы «недискриминации, равенства и инклюзии» (DEI — diversity, equity, and inclusion) в ходе своей повседневной деятельности.

Тем не менее, «люди цвета» продолжают испытывать притеснения в разных ситуациях, включая процессы увольнения и найма, продвижения по карьерной лестнице и оценки результатов труда.

Чтобы ускорить оздоровление обстановки на рабочих местах, международная консалтинговая организация Winter’s Group (занимающаяся вопросами организационного развития более 36 лет) поделилась выводами и наблюдениями, которые помогут работодателям подступиться к проблеме системного расизма «со знанием дела». Речь идет о запуске долгосрочного процесса культурных преобразований, который включает три компонента: 

1.Создание основы для формирования новых компетенций. Прежде всего, следует понять,  что эффективные стратегии укрепления внутреннего благополучия (well-being strategies) должны отражать ценности и уникальную философию организации. Поэтому очень важно, чтобы (а) высший руководящий состав занимал лидерскую позицию и демонстрировал сотрудникам образцовое поведение; (б) все работники участвовали в культурных преобразованиях; и (в) политики, процедуры и практики видоизменялись сообразно происходящим изменениям. В последние годы эксперты сферы социальной справедливости постоянно говорят о «коллективной подотчетности» (collective accountability), которая означает, что «если мы не можем лично воспрепятствовать причинению вреда, то можем общими усилиями решить возникшую проблему». Эта идея должна проходить «красной нитью» через весь процесс «обязательного обучения персонала противодействию расизма» (mandatory anti-racism learning), дающего представление о возможных проблемных ситуациях, необходимых действиях и личной ответственности каждого сотрудника перед другими коллегами. Многие считают себя сторонниками равенства лишь потому, что «общаются со всеми людьми одинаково», однако подлинное равенство – это когда «все имеют равные возможности», и никто не может заранее предсказать судьбу человека, исходя из его социальной или национальной идентичности.

2.     Создание благоприятного микроклимата для воплощения принципов DEI. Чтобы преодолеть дискриминацию и расизм, нужно об этом говорить – обсуждать правовые и культурные причины ограничений, с которыми сталкиваются отдельные группы населения. У черных и белых сотрудников должно быть безопасное пространство, в котором они смогут вести открытый диалог, обучаться и находить пути решения проблем. При этом обучающий процесс должен формировать новые компетенции, стимулировать культурные изменения и содействовать воплощению принципов DEI. Для правильного построения подобной работы одна из крупных финансовых компаний воспользовалась психометрическим инструментом IDI (Intercultural Development Inventory), который помог выявить и сформировать группу кросс-культурных лидеров, способных организовать дискуссии и обучение наилучшим образом.

3.     Внедрение идеологии равенства во внешние и внутренние структуры и процессы. Принципы DEI должны присутствовать во всем – в информационных технологиях, маркетинге и брендинге, в коммуникациях, текущих операциях и финансах. А индивидуальная оценка персонала должна показывать, каким образом тот или иной сотрудник воспринимает культурные различия, как реагирует на конфликтные ситуации, и в какой мере участвует в дискуссиях о социальной идентичности и притеснениях. Помимо этого, некоторые организации привлекают к ревизии политик и практик опытных консультантов, создают «комитеты по инклюзии» и изучают потребности сотрудников, представляющих уязвимые сообщества.   

Эти профессиональные советы говорят о том, что освоение принципов DEI не является однократным действием, которое можно выполнить «для галочки» и успокоиться. Построение здоровой организационной культуры – это постоянный процесс, основанный на коллективной ответственности лидеров и сотрудников. И чем больше организаций выберут путь социальной справедливости, тем быстрее изменится наше общество, и жизнь станет лучше – для всех. 

Источник: The Stanford Social Innovation Review