Архив рубрики: Реферативный обзор

Данные для описания социального воздействия

Институт социальных исследований и действий графства Канаваха (Kanawaha Institute for Social Research & Action, KISRA), НКО, располагается в штате Западная Вирджиния, США.

Предоставляет возможности трудоустройства, обучения и другие услуги детям и семьям.

Сначала организация собирала данные, особо не задумываясь, зачем она это делает, просто копируя методы других НКО. Но как-то журналистка задала неожиданный вопрос о том, как организация описывает ценность своих программ; что будет, если вычеркнуть KISRA из жизни местного сообщества?

Carl Chadband, руководитель организации, мог рассуждать на тот момент только в терминах индикаторов для трудоустройства, о почасовой оплате, присутствии и т.д., но не задумывался о том, как рассказать о той ценности, которую создает организация. С этого момента организация начала анализировать информацию и фиксировать показатели.

Развитие подхода началось с изучения данных переписи населения. В сравнительных целях и для более точной демонстрации ценности услуг организации использовались различные консервативные цифры по здоровым детям из отчета по штату Западная Вирджиния.

На следующем этапе предстояло понять, какие из данных нужны для разных аудиторий – доноров, жертвователей, других стейкхолдеров, потому что невозможно и бессмысленно сообщать всем аудиториям все имеющиеся данные. Организация отказалась от идеи одного отчета для всех с типичным описанием создаваемой ценности. Было понимание, что нужно адаптировать набор данных для каждой аудитории разных сообщений.

НКО, как правило, вынуждены много о себе рассказывать. Но для того, чтобы собрать эффективные данные, НКО научилась слушать клиентов, которым она оказывает услуги; сообщества, с которыми она работает; доноров – для того, чтобы понять, что они все хотят. С пониманием их мотиваций приходит понимание, хотят ли услышать они точные цифры или эмоциональную историю. Или они хотят поддерживать отношения, или знать о детях, чью жизнь изменила программа; или о семьях, которые НКО хочет укрепить.

Во всех случая это должна быть история, но каждый раз наполненная разными данными. Например, вы хотите раскрыть всю сложность проблемы, связанной с темой осужденных. На протяжении времени вы собираете сведения о переполненности тюрем, об исправительных учреждениях, повторных судимостях, проблеме воспитания детей осужденных, стоимости содержания и прочих сопутствующих расходах и представляется эти данные в одном документе – целый клубок проблем, которые имеют денежное выражение и серьезно обременяют государственный бюджет. Такая подача будет понятна чиновнику, а простого слушателя вдохновят реальные истории, которые  сами становятся аргументами для поддержки.  

Когда организация располагает разными данными о своей деятельности, это придает ей большей уверенности во взаимоотношениях с новыми партнерами, которых можно убедить фактами о результатах деятельности.

Источник: Рhilanthropy

Реальная стоимость

Международный комитет спасения (The International Rescue Committee) oснован группой интеллектуалов под предводительством Альберта Эйнштейна в 1933г. для оказания помощи евреям, спасавшимся из нацистской Германии.

Штаб-квартира – Нью-Йорк, США. Бюджет организации в прошлом году составил $744 млн. В IRC работают 13 тыс человек. В 2013 году, когда David Miliband возглавил организацию, ее доход составлял $456 млн. В 2018 году — $744 млн. Основной источник дохода – государственные контракты, доля вложений от компаний, фондов и частных лиц уверенно растет. В прошлом году Комитет занял 67-ое место в рейтинге Chronicles 100 благотворительных организаций,  привлекших наибольшие частные пожертвования.

David Miliband, сын беженцев во время Второй мировой войны, известный марксистский социолог, получил образование в Оксфорде и MIT, в молодости был многообещающим политиком, членом Лейбористской партии, служил одним из первых советников Премьер-Министра Тони Блэра в качеств министра экологии и министра иностранных дел.

Комитет оказывает помощь десяткам миллионов беженцев во всем мире. Доставляет воду и пропитание в Йемен, переживающий худший гуманитарный кризис во всем мире. Содержит больницы в Сирии, школы для детей народа Рохинджа в Бангладеш, раздает наличность без дальнейших обязательств беженцам из Венесуэлы в Колумбии. Предоставляет психологические консультации и юридическую поддержку жертвам, пережившим сексуальное насилие в Демократической республике Конго, где царят военный конфликт, экономический коллапс и эбола. Тем счастливчикам, которым удалось добраться до США, IRC оказывает услуги по адаптации, включая временное жилище, уроки английского, подготовка к трудоустройству и займы для малого бизнеса.

Но насколько в действительности значима эта масштабная и разносторонняя работа, которую выполняет Комитет? Каким образом организация, работающая зачастую в условиях чрезвычайной обстановки, может реально оценить, ведет ли ее деятельность к каким-либо изменениям? В мире порядка 68 млн человек, которым требуется срочная помощь – гуманитарным организациям крайне необходимо становиться результативными и эффективными. Однако гуманитарные организации разрозненны и редко оперируют доказанными практиками.

David Miliband, исполнительный директор IRC, считает, что эффективной системы оказания помощи беженцам и перемещенным лицам в данный момент не существует. Систему гуманитарной помощи следует реформировать, она должна стать более результативной и экономически оправданной.

В разделе «влияние» или «результаты» на сайтах большинства гуманитарных организаций можно найти либо истории людей, которым помогли, либо цифры, которые особенно ничего не сообщают (даже если это «миллионы детей в нашей программе оздоровления»). НКО редко сообщают о реальном изменениях. Детей лечили, но стали ли они здоровее? Школы построены, но учатся ли дети? И, немаловажно, во сколько обошлись эти программы? Ответов чаще всего нет.

Очень мало гуманитарных программ прошли строгую оценку – их цифра теряется на фоне тысяч оценок глобального здравоохранения и программ по борьбе с бедностью, которые проводят в стабильных странах. За отсутствием надежных данных, мир гуманитарной помощи оперирует допущениями, опытом и интуицией вместо результатами исследований, фактами и свидетельствами. Начать менять существующее положение дел означает, отказаться от подсчета непосредственных результатов и перейти к отслеживанию согласованных результатов – от количества распределенных учебников к как изменилось благополучие или обучение? И далее – нужно понять, как добиться этих результатов наиболее экономичным образом.

Типичная картина для лагеря беженцев: караван грузовиков с мешками еды, одеялами, одеждой, палатками, водой. Многие исследование говорят о том, что есть способ помощи лучше: раздать беженцам наличные деньги. Если это сделать правильно, помощь доходит до беженцев быстрее, и она эффективнее, чем натуральная помощь. Эти деньги еще и вклад в местную экономику, это делает беженцев более привлекательными для принимающей стороны.

Первое исследование, сравнившее положение беженцев, которым были вручены наличные деньги, с теми, кто их не получил, IRC провел в Ливане в 2014 году- результаты были удивительными. Тех, кто получил наличность, отказались от детского труда, их дети стали посещать школу, доллары простимулировали местную экономику.

Как часть пятилетней стратегии, Miliband обещал, что к 2020 году программы IRC либо начнут оперировать доказательствами, либо уже будут привычно собирать данные о работающих практиках. Комитет близок к намеченной цели.

Первым в мире Комитет провел рандомизированное контролируемое исследование программ родительства и социально-эмоционального обучения в пост-конфликтных зонах и с беженцами. Список примеров можно продолжить, но основное – наличие массы данных и свидетельств привлекает больше доноров.

Комитет также пообещал улучшить учет расходов, но на деле оказалось сложной задачей. Организация разработала инструмент, позволяющий подсчитать стоимость программы для клиента, он используется сегодня в 12 странах присутствия. Предполагается, что в случае, если эта стоимость превысит $100 на одного клиента, в предложении будет обоснование высокой стоимости (текущая медиана — $46, 30% текущих проектов превышает порог $100 на одного клиента).  Ведется работа по разработке более осмысленного метода подсчета стоимости услуги, оказываемой одному клиенту. Все данные будут публиковаться и предоставляться донорам, это в русле существующей общей практики глобальных НКО.

Под руководством David Milliband Комитет продолжает аналитическую и исследовательскую работу, накапливая лучшие, доказанные практики в сфере образования, здоровья и безопасности, которые можно будет адаптировать; находится в поиске снижения стоимости программ, чтобы помочь большему числу людей. Эти знания Комитет использует для убеждения доноров и бюрократов, привлечения средств и создания институциональных синергии. 

Исследования, которые проводит Комитет импонируют многим — правительству США, европейских агентствам, ООН. Правительственная гуманитарная помощь редко оперирует свидетельствами доказанного влияния: доноры много говорят о необходимости оценки на основе доказательств, но они редко их требуют на самом деле. 

Бизнес и фонды увеличили размеры своей поддержки Комитета. Доля поддержки со стороны частного сектора увеличилась с 15% в 2014 до 32%.

Источник: Рhilanthropy

Отчетность по социальному воздействию и сотрудники НКО

В своей работе Джулия Морли (Julia Morley), доцент кафедры бухгалтерского учета London School of Economics,

выдвигает гипотезу о том, что на самом деле многие некоммерческие организации вынуждены в своих внешних коммуникациях переходить на язык, больше характерный для бизнеса, чем для некоммерческого сектора. И делают они это потому, что есть необходимость обосновывать полезность и результативность деятельности благотворительных организаций, которые от этого бизнеса получают финансирование.

Для развития и подкрепления этой гипотезы ученая провела небольшое исследование и опросила 26 сотрудников 25 социальных предприятий и благотворительных организаций. Кратко результаты этого исследования можно суммировать следующим образом.

Первое. Требование предоставить сведения или даже целый отчет в концепции и терминах доказанного социального воздействия исходит от мира социальных инвестиций, оно вызывает определенного рода стресс, напряжение и внутреннюю диссоциацию у сотрудников благотворительных организаций, которые не только им не владеют, но которым он глубоко чужд и не свойственен.

Сотрудники НКО чаще всего работают в этих организациях в силу своих убеждений и представлений о своем предназначении в обществе, их выбор организации совершенно не случаен, поэтому перемена тональности и стилистики во внешних коммуникациях этой организации (а именно – переход с эмоциональных сообщений, личных историй на сухой язык и изобилие количественных данных) переживается ими как определенный разрыв с первоначальным пониманием смыслов, моральных ценностей, социального служения и т.д. Другими словами, эти «политические» изменения влияют на самоидентификацию сотрудников и делают это не в самом позитивном ключе, в частности демотивируют их. 

Похожие процессы во внутренней сфере НКО происходят и в тех случаях, когда новые практики лишь декларируются организацией, на вооружение берется лишь новый язык социального воздействия, но в реальной организационной практике НКО ничего не меняется, или когда новые практики адаптируются организациями не в полной мере или внедряются неверным способом (по разным причинам, в том числе и в силу отсутствия финансов).

Второе. Благотворительные организации и социальные предприятия могут, предположительно, взять на вооружение новую практику отчетности о социальном воздействии, однако совершенно неочевидно, что это повлияет на распределение ресурсов – ведь цели отчетности социального воздействия «насаждаются» сверху и не согласуются с целями  организации (аналогичный процесс произошел в сфере образования, где рейтинги оказывают неправомерное давление, а попытка улучшить показатели рейтинга может означать отказ от хороших проектов).

По аналогии с «зеленой агитацией», которой занимаются некоторые компании, некоторые НКО занимаются «бизнес агитацией», как они объясняют, под давлением рынка, намеренно искажая достигнутое воздействие, сигнализируя таким образом о принятии бизнес-логики, но не имея реального намерения оценивать свою эффективность.

Другими словами, примеры НКО действительно способных самостоятельно, независимо от своих инвесторов воспринять идеи отчетности о социальном воздействии, внедрить их в организации и безболезненно перейти на язык отчетности о социальном эффекте маловероятны.

Вместе с тем, пишет автор статьи, даже символическое использование нового для сотрудников НКО языка отчетности о результатах деятельности с использованием экономической и финансовой терминологии имеет на них негативное влияние с точки зрения мотивации и личной идентификации. Даже если при этом организация ничего не меняет в своей практике. Даже если этот тип отчетности используется просто как средство удовлетворения интересов стейкхолдеров и внутренне не принимается организацией.

«Экономия денег налогоплательщиков» по-разному резонирует с внутренней мотивацией сотрудников, может не быть их намеренным выбором, в то время как они вполне готовы «изменить жизнь человека к лучшему». Если это так, то самая простая «бизнес агитация» благотворительными организациями и социальными предприятиями будет иметь негативный эффект на мотивацию персонала уже на уровне сдвига в дискурсе.

Источник: Static1.squarespace

Charity Navigator начинает измерять результаты, а не затраты

Как известно, до сих пор Charity Navigator оценивал эффективность НКО только по финансовым показателям и видам подотчетности.

По мнению некоторых, это вело к определенной переоценке значимости непрямых расходов, включающих зарплаты, расходы на фандрайзинг и аренду. Многие считали это плохим методом оценки эффективности НКО.

При поддержке фонда Билла и Мелинды Гейтс Charity Navigator приобрел ImpactMatters — организацию, которая предоставляет донорам сведения и помогает им понять, какая из НКО достигнет максимально возможного результата наиболее экономичным способом. Фонд Гейтс помог также обновленному рейтингу развить критерий оценки влияния. Рейтинг, таким образом, начнет оценивать что-то более важное, чем простое соотношение доли непрямых и программных/прочих расходов. По мнению некоторых НКО, функционал рейтинга Charity Navigator не просто расширяется, а в корне меняется.

ImpactMatters относительный новичок в деле рейтингов НКО, до этого сравнивала между собой только НКО, работающие в одной сфере, относительно полученных организациями результатов на каждый вложенный доллар пожертвования.

Обновленный рейтинг Charity Navigator  присваивает 60% веса достигаемому НКО социальному воздействию и 40% — финансовым показателям и отчетности. Со временем вес финансовых показателей будет снижаться, он никогда не исчезнет, и на данный момент общественность все еще хочет видеть финансовые отчеты.

Charity Navigator увеличит число рейтингуемых благотворительных организаций с учетом показателей социального воздействия, это потребует расширения штата, что не входит в ближайшие планы организации. Некоторые функции оценки социального воздействия  будут автоматизированы, если НКО предоставят необходимые данные. Оценка социального воздействия  — более трудоемкое занятие, чем финансовые сведения и данные о подотчетности, которые можно получить из единой налоговой системы.

Определенные типы НКО сложно измерять с точки зрения социального эффекта. Так, ImpactMatters не оценивает членские или религиозные НКО – экономичность не является основным стимулом для их жертвователей. Не оцениваются правозащитные НКО и занимающиеся научно-исследовательской деятельностью.

Обновленный подход рейтинга будет способствовать тому, что НКО начнут предоставлять данные для получения баллов социального эффекта, и все больше доноров начнут доверять этим данным. Какие-то сведения о социальном эффекте можно найти на сайтах НКО, например, финансовые отчеты. Какие-то данные НКО публикуют отчеты социального воздействия. ImpactMatters уже начал разработку специального портала для сбора и обработки данного типа данных НКО. Если данные окажутся прикладными с точки зрения фандрайзинга, больше НКО будут готовы делиться данными о своем социальном воздействии.

Источник: Рhilanthropy

Калькулятор эффекта для доноров

GiveWell – НКО, верифицирующая некоммерческие организации на основе проведенного анализа

и публикующая о них результаты этого анализа в помощь потенциальным донорам, которые ищут организации для поддержки.

Основная цель оценки НКО для GiveWell – определить пользу, которую приносит ее деятельность (спасенные жизни, улучшенные жизни и т. д.) относительно вложенных пожертвований. Организация работает с небольшим числом проверенных благотворительных организаций, которые были отобраны по критериям GiveWell и которых можно рекомендовать как высокоэффективные.

Ежегодно GiveWell публикует краткий список организаций, рекомендованных для поддержки. GiveWell также рекомендует  инкубационные гранты для поддержки новых сильных организаций;  для создания базы доказательной практики для новых организаций и улучшения мониторинга и оценки существующих организаций.

НКО должны соответствовать жестким требованиям, если хотят попасть в список топ НКО платформы GiveWell, которая постоянно ведет серьезную аналитическую работу, чтобы доноры получали надежную информацию и могли выбрать достойную НКО для пожертвования. Этот анализ, исследовательская работа продолжается и после включения НКО в список топовых НКО. Данные все время обновляются, как и оценка эффективности расходования средств. Обновление необходимо, так как жертвователи могут поддержать проекты в любое время на протяжении года, и финансирование направляется НКО на протяжении всего времени.

Очень интересен калькулятор эффекта для доноров, который основан на  строгой оценке стоимости единицы социального результата для 9-ти программ.

Доноры также могут внести пожертвование в  Maximum Impact Fund, средства которого распределяются по усмотрению GiveWell среди отобранных НКО раз в квартал. Во внимание принимаются планы расходов НКО и оценка их социально-экономической эффективности.

Источник: Givewell

Измерение стоимости и ценности результатов

Некоммерческие организации в большинстве своем пока не научились доказывать то, что они добиваются изменений, большинство из них отчитываются о том, чем занимаются.

Компания Oracle Netsuite изучила опыт и мнения руководителей 353 некоммерческих организаций и выяснила, в частности, следующие препятствия:

  • Дефицит определений. Основные проблемы, на решение которых направлена деятельность, реальные программы вмешательства, ожидаемые результаты и искомые изменения недостаточно четко определены, чтобы измеряться. 
  • Недостаточная четкая формулировка программных результатов, связанных с вкладываемыми ресурсами. Расходование ресурсов, таких как время, люди и деньги, не привязаны к результатам. 

Программные и финансовые сотрудники существуют в двух «параллельных мирах». НКО подчиняются требования регулятора и должны относить любое пожертвование на указанную жертвователем цель (ограничение), либо на административный, фандрайзинговый или программный расход. Эти два принципа финансового учета имеют фундаментальные и далеко идущие последствия для сектора, вызывающие цепную реакцию. Все расходы, которые несет НКО, она несет для того, чтобы успешно реализовать программу (за исключением очевидных случаев мошенничества). Но точно подсчитать стоимость единицы социального результата при таком подходе невозможно.

Чтобы найти решение создавшимся проблемам, все больше грантодателей, руководителей НКО, контролирующих агентств и технологических организаций объединяют усилия по поиску и созданию новых инфраструктурных решений: технологий, моделей финансирования, инструментов измерения, IT-сервисов и так далее. 

Следующие тренды станут важной вехой в развитии будущих поколений технологий:

  1. Проследить расходы до результатов. Потенциальные доноры получат данные по финансовым, программным и фандрайзинговым функциям организаций, позволяющие оценить риски и преимущества, связанные с финансированием той или иной организации. Измерение выполнения миссии возможно благодаря интеграции этих трех функциональных данных. Будут созданы унифицированные базы данных и разработаны модели данных, позволяющие связывать доллары и программные результаты.
  2. Содействие полной прозрачности расходов НКО и доноров. Организации, специализирующиеся также на организационном развитии НКО, объединяются с донорами, создают системы  и стандарты прозрачности, позволяющие получать полную информацию о полной стоимости социальных программ. НКО должны будут обновить метод оценки инфраструктурных расходов,  доноры будут располагать полным учетом расходов, НКО будут обеспечены полной операционной поддержкой, необходимой для реализации миссии. Будет разработана новая, более дифференцированная метрика для измерения эффективности и расширения программ.
  3. Экосистема  технологий, доноров, НКО и благополучателей. Цифровые реалии (смартфоны, облачные платформы, онлайн платежи, социальные медиа и видео-стриминг) изменили мир, в котором доноры, благополучатели программ, НКО и технологические компании образуют единую экосистему и добиваются беспрецедентных, позитивных социальных изменений.  Мир движется в сторону социального сотрудничества, риторика меняется с критики очевидных недостатков НКО на изменение их деятельности для достижения результатов.

Однако НКО должны не просто ждать этого прекрасного будущего, но и активно развивать оценочные компетенции и культуру у себя.  Продвижение идей измерения результатов в организации зависит от занимаемой должности.

Менеджер программ: продвижение принципов оценки в организации.

Сотрудники финансовых подразделении с большой вероятностью не знакомы с логическими моделями программ – графическом выражении связей между программной деятельностью и ожидаемыми изменениями, они сфокусированы на цифрах. Логические модели или «теории изменений» помогают стейкхолдерам (донорам, правлениям, сотрудникам программ и исполнительным директорам) убедиться в том, есть ли какая-то логика в программной деятельности НКО. Модели вносят ясность в понимание миссии и деятельности организации. Необходимо использовать этот инструмент для продвижения оценки.

Финансовый менеджер: пересмотр структуры данных по финансовым транзакциям

Для установления связей между программной деятельностью и транзакциями по доходам и расходам необходима соответствующая структура данных – система, которая маркирует необходимые измерения по каждой статье: вид дохода (пожертвование, заявка, оплата за оказанные услуги), наличие ограничения цели со стороны жертвователя (есть/нет) и фонд/программа.

Показатели эффективности (KPI) результатов некоммерческой деятельности основаны на агрегированных транзакциях с использованием источника (тип дохода, ограничение) и распределение фондов (фонд/программа). Эти измерения (или сегменты, или тэги) лежат в основе современной структуры учета.  Для измерения результатов это очень важно, так как агрегация измерений транзакций по доходам и расходам позволяет визуализировать устойчивость программ и финансовую прозрачность отчетов.

Руководитель организации: дальний горизонт

После того, как НКО разовьет навык формулирования программных и финансовых результатов, на следующем этапе она учится соотносить реализацию программной деятельности и финансовых данных. Для этого НКО нужна инфраструктура. Понять, какая именно архитектура данных на нужна НКО для будущего программного и финансового технологического обеспечения, могут программисты/IT-технологи.

Источник: Solutionscenter

Как использовать данные для повышения пожертвований

Все чаще и настойчивее грантодающие организации и доноры требуют от НКО доказательств результативности их работы.

НКО в свою очередь поняли полезность оценки, и все больше организаций отслеживают данные о своей работе. Многие из них уже преуспели и увеличили уровень пожертвований благодаря использованию точных данных.

Важную роль в этой перестройке сыграла и смена идеологии – если раньше организации заявляли о «дефиците ресурсов», теперь они говорят на языке «активов». Другими словами, организации перестают автоматически и бездумно собирать разные данные и включать их в отчеты для галочки, но стараются использовать их для создания убедительного кейса, который привлечет поддержку.

Рассмотрим несколько примеров.

  1. ­­­Постоянный анализ и обучение.

Big Brothers Big Sisters – крупнейшая в США сетевая НКО, состоящая из менторских агентств и использующая доказанные практики. Она заявляет о своей приверженности непрерывной оценке и повышению качества предоставляемых молодым людям услуг. Оценка программ проводится на уровне отдельных сотрудников (менторов), отдельных программ и агентств и на общенациональном уровне. В годовом отчете публикуется обзор системы оценки результатов, инструментов и последние общенациональные данные и тренды.

BBBS считает себя подотчетной перед большой группой стейкхолдеров – от семей, детей, менторов до доноров, партнеров и жертвователей. Поэтому они заявляют о своей приверженности постоянно учиться, улучшать и анализировать свою деятельность. Для поддержки непрерывного оценочного процесса в организации разработана система управления информацией (СУИ). Она используется сотрудниками для принятия решений, предоставляет знания и данные для улучшения качества услуг детям.

На сайте организации представлен большой массив данных, доказательно демонстрирующих достигаемое социальное воздействие. В частности, представлены исследования в следующих областях:

Щедрая поддержка компаний, фондов и жертвователей позволяет BBBS регулярно участвовать в национальных и местных исследовательских проектах.

  • Что именно измерять

Evaluate for Change обучает сотрудников НКО организационному укреплению и навыкам оценки.  Организации собирают данные и используют их для внутренних (улучшение программной деятельности) и внешних целей (сообщение результатов другим).

При подготовке данных для жертвователей и сторонников, учат эксперты, следует выбирать те данные, которые волнуют жертвователей. Что именно их интересует, можно прояснить через опрос, задав жертвователям прямой вопрос о том, какая сторона жизни и деятельности организации представляет для них больший интерес. Или можно провести A/B тестирование и понять, какие именно призывы лучше всего работают в рассылках.

Так, Evaluate for Change разослали одно сообщение с качественными данными, выделив их цветом (цитата участника программы о том, как программа позитивно повлияла на его карьеру), и другое сообщение с количественным показателем (статистикой о том, как складывалась учеба у участников после выпуска). Оба сообщения использовали собранные данные, однако передавали их по-разному.

Адресаты отреагировали на качественные данные лучше, что в очередной раз подтвердило гипотезу о том, что даже в эпоху точных данных люди предпочитают простую человеческую историю, эмоциональные свидетельства, которые трогают читателя.

  • Истории, которые хочет услышать жертвователь

Данные, которые собирает и сообщает о себе НКО, должны рассказать о ней какую-то историю. Поэтому прежде, чем приступить к сбору данных, надо понять, какой именно будет эта история.

Для разных аудиторий собираются и преподносятся разные данные, поэтому начинать надо с общей идеи и структуры рассказа. Для сообщения об эффективности деятельности уместнее такие метрики, как сроки, стоимость, результаты, мнения сотрудников и впечатления клиентов. 

Некоторые доноры предпочитают визуально представленную информацию, поэтому для графиков, карт и рисунков компоненты программ измеряются с разных сторон.

Например, доноры хотят знать, удовлетворены ли клиенты полученными услугами. Можно провести опрос и узнать больше, чем «удовлетворен/не удовлетворен», задать качественные и количественные вопросы, запросить письменные комментарии, которые впоследствии можно приводить в качестве цитат. Результаты представить в блоге, как это сделал Tahiri Justice Center, поделиться с донорами ссылкой.

Личные истории клиентов НКО, их личные признания о том, что они ценят в НКО, всегда любопытны. Подобное короткое исследование поможет привлечь дополнительное финансирование, а это в свою очередь еще раз простимулирует донора, который уже поддержал НКО.

  • Форматы визуализации данных

Данные лучше представлять кратким, полезным и удобным для восприятия образом – в виде инфографики, одностраничного продукта, схемы, списков, вебинаров.

Tahirih Justice Center, например, создает красочную инфографику, которая сообщает, что в 99% случаев судебных дел по защите интересов соискателей политического убежища организация добивается успеха (юристы других организаций – в 46% случаях). Вместе с тем, в силу нехватки средств, центр может позволить оказывать помощь лишь каждому шестому из обратившихся за помощью. Это убедительный способ обозначить потребность в поддержке и показать масштаб проблемы.

Для лиц с высокими доходами из сферы технологий и инвестиций GreenLight Fund собирает портфель доказанных практик решения проблем сообществ и сообщает им об успехах программ в ярком графическом формате. Для этой категории доноров важно знать, что НКО ориентирована на измеримые и значимые результаты, и о них можно прочитать в отчетах.

Например, красочно и дружелюбно сверстанный дизайнерами одно-страничный отчет, в котором в цифрах и коротких комментариях к ним фонд сообщает своим донорам такие сведения, как общая сумма инвестиций(крупным кеглем), общая суммам дополнительно привлеченных средств, число грантополучателей, число сотрудников фонда, численность консультативных советов и число вовлеченных в работу грантополучателей членов правления, прирост клиентов в процентном выражении за последний отчетный период, число конечных благополучателей (крупны кеглем) и географическое присутствие фонда.

Источник: Рhilanthropy

Используйте измерение для фандрайзинга

Опыт Youth Villages, г. Вашингтон, округ Коламбия.

Организация специализируется в работе с неблагополучными подростками и их семьями, известна своей приверженностью оценке своих программ, результаты которой использует для повышения качества работы. В организации работают 2 800 человек.

Организация измеряет много разных аспектов программ, однако особое внимание уделяется решению, какие из полученных данных использовать для убеждения доноров.

Данные, получаемые в ходе мониторинга и оценки, способствуют укреплению организации, позволяют повысить качество и эффективность предоставляемых услуг подросткам и их семьям. Конечная цель всей деятельности – благополучная жизнь подростка дома после завершения программы, устойчивые и любящие семейные отношения. 

Проблема, с которой сталкиваются многие аналогичные организации, известна: подростки проводят какое-то время в приемных семьях, в детских учреждениях или семейных домах, но в итоге их ждет возвращение в родную семью. И если семья не справляется, ей не оказывается поддержка, многие подростки обречены вернуться в государственную систему.

Важнейшим показателем эффективности Youth Villages является – живут ли дети в семьях год спустя после выхода из программы, это основной показатель их работы, которым они отчитываются. Уровень успеха по этому показателю деятельности организации варьирует между 82% и 84%.

Основная цель деятельности организации понятна и принимается всеми сотрудниками Youth Villages, находящимися на переднем фронте работы с подростками и семьями, наряду с принципом подотчетности. Более того, они видят результаты своей работы (в отличие от большинства других организаций), так как давно собирают данные о жизни подростков после выпуска из программы. Собирать данные не просто, но результат этой работы сплачивает, мотивирует коллектив, придает силы для продолжения работы со сложными семьями и подростками и позволяет делать это очень хорошо.

Для Youth Village важность основного показателя сформировалась как организационная ценность, и они хотят донести ее до разных типов доноров.

Среди институциональных доноров они ищут не самые крупные фонды, которые разделяют эту ценность, заинтересованы в качестве, ориентируются на понятный результат в серьезной работе с подростками и их семьями. Такой донор ищет точные данные, потенциал масштабирования и возможность реальных изменений в масштабе страны.

Частных жертвователей интересуют ответы на вопросы: как мы узнаем, что ваша практика работает? Как вы это подтверждаете? Мало кто из них сравнивает данные в принципе, около 3% состоятельных частных жертвователей обращаются к выводам исследований, прежде чем сделать пожертвование. Однако, считает директор по развитию Youth Villages, со временем ситуация изменится, и больше жертвователей, искренне заинтересованных в лучшем будущем для детей, захотят знать, во что именно инвестируют свои деньги, какая из организаций лучшая и какая работа более важная.  В работе с частными донорами работает прямая рассылка и адресный маркетинг, рассказы о том, как организация изменила чью-то жизнь, без изобилия цифр, так как люди запомнят историю одной спасенной жизни, а не статистические «22 тыс. детей, охваченных программами организации».

Так или иначе, эффективным оказываются партнерства не просто с любым донором, который хочет помочь ребенку, а с тем, кто заинтересован в том, чтобы это было сделано хорошо.

Сформировать масштабное видение успешной работы с детьми и семьями Youth Villages помогли разные фонды и специалисты, инвестировавшие в расширение организации, в ее техническое обеспечение (платформы) для сбора, хранения, обработки и удобного использования данных на ежедневной и ежемесячной основе. Таким образом, доступ к надежной информации открыт в организации постоянно.

Основной источник финансирования деятельности Youth Villages – государственные гранты. Как правило, государство оплачивает только уход за ребенком, но не развитие организации или исследования.  Постепенно организации удалось расширить свою исследовательскую работу, и, директор по развитию уверен, сегодня многие доноры инвестируют в Youth Village именно потому, что существует целый исследовательский отдел, в котором работает 18 человек.

Источник: Рhilanthropy

Результаты исследования доверия частных доноров в 2020. Пандемия и трехлетняя ретроспектива.

О данном исследовании

BBB Wise Giving Alliance, или BBB’s Give.org, — американское оценочное агентство, верифицирующее благотворительные организации по 20 критериям подотчетности.

Эти критерии касаются четырех областей: управление, отчетность по результатам, финансы и доверительные прозрачные коммуникации.

В 2020 году альянс публикует результаты своего третьего исследования Donor Trust Report, посвященного частным донорам и благотворительности, включая доверие донора к благотворительным организациям, привычки, предпочтения и т.д.

Этот отчет важен, так как позволяет глубже понять отношения доноров к благотворительному сектору и помогает благотворительным организациям улучшить внешние коммуникации и навыки налаживания связей, что способствует росту доверия.

Последний выпуск Donor Trust  Report включил в себя сравнительные показатели, отражающие перемены в доверии и щедрости частных жертвователей за 2017, 2018 и 2019 года, которые, как ожидалось, должны были подсказать будущие благотворительные настроения в США. Отдельный раздел отчета посвящен 2020 году, отягченному последствиями пандемии.

Результаты исследования за 2019 год – надежные исходные данные для сравнения отношений к доверию и щедрости до момента начала пандемии в США. Для более точного понимания влияния пандемии было проведено два дополнительных исследования – в марте и августе 2020, в обоих было опрошено более 2 100 респондентов в США, а в 2019 еще 1000 респондентов в Канаде.

Для лучшего понимания последствий пандемии для благотворительных организаций было проведено два отдельных исследования среди аккредитованных Give.org организаций – в конце марта 2020 (118 респондентов) и в конце августа/начале сентября (90 респондентов). Все эти организации отвечают высоким стандартам институционального и финансового управления, фандрайзинга и отчетов по результатам. У менее 9% из них бюджет менее $1 млн, у более 17% из – доход более $100 млн. Другими словами – была исследована не самая уязвимая группа организаций, но их ответы содержательны.

Наиболее яркие выводы исследования доверия жертвователей в 2019 и трехлетней ретроспективе

• В 2019 году благотворительным организациям доверяли больше, чем другим институтам, включая церковь, банки, бизнес, СМИ и государство. Вместе с тем, доверию к сектору есть куда развиться: 63,6% респондентов оценили важность доверия благотворительной организации перед принятием решения о пожертвовании равной 9 или 10 (исключительно важно) по 10-балльной шкале и только 16,8% высоко доверяют благотворительным организациям.

• Доверие крайне важно в благотворительности, вместе с тем исследование говорит о том, что за последние три года этот показатель обесценился – доля респондентов, высоко доверяющих благотворительным организациям, снижалась с 73% в декабре 2017 до 69.8% в декабре 2018 до 65.4% в декабре 2019. В течение 2018 и 2019 доля респондентов, чье доверие к благотворительным организациям было очень высоко, немного снизилась (на 2.2% с 19.0% в декабре 2017 до 16.8% в декабре 2019 относительно всех благотворительных организаций в целом). Респондентов также просили оценить их доверие в отношении 13 типов организаций. Отношение к большинству типов благотворительных организаций не претерпело изменений, однако доля респондентов, высоко доверяющих религиозным, гражданским организациям, а также организациям местного значения снизилась значительно (на 5.8% и 12.4% соответственно).

• В качестве топ-3 ярких признаков, сигнализирующих о том, что организации можно доверять, в августе были названы (1) проведена независимая оценка внешней организацией, (2) узнаваемость названия и (3) достижения, о которых организация сообщает. Отметим, что внешняя оценка, узнаваемость названия и рекомендации  от членов семьи и друзей, признавались как относительно более важные признаки в 2020, чем в предыдущем году.

• Важность финансовых соотношений в качестве сигнала постепенно снижалась с 2017. Доли полагающихся на финансовый показатель как сигнал для доверия: 35% в декабре 2017, 30% в декабре 2018, 27% в декабре 2019 и 19% в августе 2020. В целом это падение с 35.0% до 18.6% за последние три года.

Представители разных возрастных и расовых групп оценивают доверие по-разному.  Например, старшее поколение более всего полагается на узнаваемость названия организации (44%) и внешнюю оценку (40%), в последнюю очередь на достижения, которыми делится НКО (37%). 

Бумеры полагаются на внешнюю оценку (46%), узнаваемость названия организации (41%), заявляемые достижения (27%).

Поколение X (рожденные между 1965-1977) полагают больше всего на узнаваемость названия (34%), внешнюю оценку (32%) и заявляемые достижения организации (29%).

Поколение двухтысячных важнее всего считает заявляемые достижения (32%), затем – внешнюю оценку (28%) и в последнюю очередь узнаваемость названия (26%).

Поколение Z (рожденные в период с 1997 по 2010гг.) одинаково высоко ценит заявляемые достижения организации (28%) и проведенную внешнюю оценку (28%) и чуть менее важной считает узнаваемость названия (27%)

Источник: Give.org

Как сделать так, чтобы доноры использовали больше данных об НКО при принятии решений

Известно ли, как именно частные жертвователи и институциональные доноры принимают решение о поддержке НКО,

а именно – что помогает или, наоборот, мешает принятию решения, взялись исследовать два аналитика из Университета Бирмингема, результаты этой работы опубликованы здесь.

Если коротко, то – ответа на этот вопрос пока нет. Процесс принятия решения донорами не был достаточно качественно и достоверно исследован. Нашлось лишь девять работ, опубликованных не в академических источниках, которые ученые смогли соотнести с темой. И ни одна из них не соответствует научным критериям и не подвергалась экспертной оценке. Лишь три из них – эмпирические исследования с реальным участием доноров, остальные – различного рода рассуждения.

Исследования самих доноров базируются на вопросах, обращенных к самим же донорам и касаются их собственного поведения. Среди вопросов есть и вопрос о том, что может повлиять на процесс принятия решения донорами, например, наличие больше данных об НКО.

Однако являются ли опросы и интервью правильным методом исследования вопроса – что влияет на принятие решения донорами? И что заставит жертвователей изменить решение?

Маркетологам давно известно, что для изучения поведения респондентам не задают прямых вопросов, а помещают их в сконструированные ситуации и наблюдают за поведением. Известны такие методики, как рандомизированные контролируемые исследования (они же A/B тестирование), или совместный анализ (покупателям предлагается выбрать товар в разной комбинации характеристик: розовая машина со стереосистемой за £1,000, розовая машина без стерео системы за £800, голубая машина £1,100 с системой и без системы за £950, чтобы понять, насколько покупатель ценит те или иные характеристики; поведение покупателей снимают на видео, чтобы понять, сколько времени они тратят на принятие решений). Маркетологи не спрашивают покупателей, как последние поступят в той или иной ситуации, тем более что респонденты зачастую склонны говорить неправду – вместо искренних высказывают ожидаемые, по их мнению, ответы.

Возвращаясь к пониманию доноров, аналогичные исследования вполне возможны и с этой категорией обследуемых. Например, что может подвести высшие правительственные круги к использованию различных данных при принятии решений?

Ученые из Гарварда провели исследование среди 2000 мэров городов в Бразилии и обнаружили, что вероятность исполнения мэрией (муниципальными органами) простой и эффективной политики повышается на 10%, если их просто информировать о наличии исследования, подтверждающего эффективность практики, допустим, почтовой рассылки налогоплательщикам с напоминанием о чем-то. Более того, мэры даже готовы платить за такие аналитические выводы и готовы платить еще больше за результаты обследования большей выборки.

Пример другого рода. Кому-то из ответственных за решения в рамках исследования предлагают финансовый стимул для улучшения учебных показателей в регионе, другим – нет; одних снабжают данными, как этого достичь, упакованными одним из двух возможных способов, другим – не дают такого выбора. Этот умный эксперимент должен дифференцировать воздействие информации и воздействие стимула на принятие решения ответственными лицами.

Описанный опыт можно перенести и в сферу благотворительности и узнать, как можно ввести использование данных в практику принятия решений донорами. Так, CAF Великобритании располагает большим числом контактов, можно выделить из этого списка тех, кто поддерживал сферу образования в странах со средним или низким уровнем доходов; разделить их на несколько групп, одной ничего не посылать, другим переслать данные об успешных и неуспешных практиках в образовании и представить эти данные разными способами. Затем остается наблюдать за тем, повлияет ли предоставленная информация на то, как жертвователи принимают решения по поддержке организаций, или не повлияет, и если поведение жертвователей меняется, то как именно.

Вместе с тем необходимости вовлекать всех доноров в процесс непосредственного прояснения данных нет. Будет достаточно, если задачу сбора и интерпретации данных возьмет на себя кто-то из компетентных специалистов. Так, если жертвователи оказывают поддержку через такие организации, как Co-Impact или GiveWell, они жертвуют на проверенные, доказанные практики, но при этом не вникают глубоко в сами доказательные данные. А вопрос, что способствует и мешает донорам в процессе принятия решений о финансировании, все еще требует прояснения для того, чтобы избежать поддержки вредоносной и бесполезной деятельности и поддержать наиболее значимую и полезную.

Источник: Giving-evidence